"А нельзя, нельзя, - подумал Турецкий. - Сколько же я здесь не был? Последний раз, кажется, мы с Иркой года четыре назад в "Жемчужине"... Или больше?.. Да-да, эту холяву нам Меркулов подкинул..."

Раздавшийся негромкий храп засвидетельствовал глубокий и здоровый сон Грязнова.

- Давайте по порядку, Андрей... по отчеству?..

Трофимов махнул рукой: обойдусь, мол.

- Жена Малахова говорит, что об этой охоте она ничего заранее не знала. Дети тоже не слышали.

- Я хочу с ними поговорить, - сразу сказал Турецкий.

- Конечно. Но не на похоронах же. Значит, об охоте муж наговорил ей на автоответчик: дескать, приехали два старых приятеля, и мы с ними немного порыбачим там, постреляем. Вернусь через два дня. Жена переполошилась: как - через два дня, у нас же завтра то-се, пятое-десятое. Позвонила в управление помощнику - тот ничего не знает. Проходит день, два, три. На исходе третьего Малахов выползает на дорогу из яковлевского леса и там умирает, на руках у случайного водителя.

- Что на нем было?

- Охотничье снаряжение вы имеете в виду? Было, было. Все чин чинарем.

- Понятно. С этим вашим случайным водителем тоже нужно пообщаться.

- А вот это - дудки, - ухмыльнулся Трофимов. - Не выйдет. Вчера вечером он разбился на машине.

- Сам? Или его разбили?

- Выясняем. Но похоже - нет. Молодой дюжий парень, хотя всего девятнадцать лет, пацан еще фактически! Но уже - профессиональный автогонщик. Должен был выступать в "Формуле-3". Забавно, правда? Спрашивается: как такой субъект мог банально разбиться? Алкоголя в крови не нашли. - Трофимов глянул на спящего Грязнова и подмигнул Турецкому.

Турецкий промолчал, задумавшись.

"Не слишком ли вольно ведет беседу Трофимов? Что-то есть, пожалуй, в этой свободе настораживающее. Или истерическое? Или я фантазирую?"